Расскажите об истории стратегии безопасности Европейского союза?

Безопасность является одной из новейших областей для ЕС, у которого не существовало всеобъемлющей политики безопасности до 2003 года. Принятая ЕС стратегия называется «Безопасная Европа в Лучшем Мире». В ней утверждается, что Европа должна изменить свой взгляд на безопасность, избегать традиционного взгляда на защиту от атаки, присутствовавшего со времен Холодной войны. Европа должна быть способна принять вызов нового диапазона опасностей в целом, исходящих со стороны организованной преступности до терроризма и неконтролируемой миграции.

ЕС, говорится в данной стратегии, нуждается в принятии стратегической культуры безопасности, принимающей положение, что передний край обороны часто будет оказываться за границей, во вмешательстве в дела «неудавшихся» государств, принятии превентивных мер, развитии инфраструктуры безопасности. По многим параметрам она представляет собой «неоконс-лайт» (облегченная версия неоконсерватизма). В политическом плане, главной причиной для такой стратегии было оправдание действий всего аппарата ЕС.

Что это означало в военном отношении?

Люди говорили о европейской армии, и был разговор об организации военных групп, но он не сдвинулся с места. В странах-членах ЕС 1,8 миллиона солдат (на полмиллиона больше, чем американских), но – за исключением Косово – ЕС не доказал способность развертывания быстрой реагирующей силы даже из 5 тыс. человек. До настоящего времени ЕС запустил 22 операции по менеджменту безопасности и кризисному менеджменту, но только в шести из них задействованы более 1000 человек.

НАТО остается доминирующей структурой в военной безопасности ЕС. Почти все военные миссии в некоторой степени зависят от американской логистической поддержки, и большинство стран ЕС счастливы осуществлять их через НАТО.

Будет ли Европейская военная структура лучше, чем та, которая основана на НАТО?

Существует утверждение, что европейские ценности были бы лучше представлены в европейской альтернативной структуре, но есть гораздо более убедительный аргумент, состоящий в том, что международный контроль должен осуществляться через ООН, чем через односторонние действия некоторых могущественных государств или региональных блоков.

Продолжающаяся доминация НАТО, которая не имеет демократической структуры, является серьезным отражением того факта, что страны НАТО хотят идти дальше сами.

Каким элементам европейской стратегии безопасности был дан ход?

В пределах Европы, внимание обращалось в целом на противостояние терроризму и защите границ, используемое как предлог для ведения политики наблюдения, которое было бы невероятным в 1990-х гг. Снятие отпечатков пальцев, коммуникационное наблюдение, отчеты по путешествиям, финансовые транзакции – теперь мы имеем принудительное наблюдение в беспрецедентном масштабе. Также установлены структуры для глобального наблюдения, разработанные с США.

За пределами Европы главным приоритетом была совместная работа над миграцией, другими словами, попытка предотвратить нелегальную иммиграцию путем остановки иммигрантов в родных странах или странах транзита. Это приобрело форму технического содействия, с оказанием помощи многим государствам Северной и Западной Африки в укреплении границ, организации систем лагерей для беженцев и центров размещения, тренировке пограничной полиции в прилегающих районах – все по предотвращению выезда из Африки в Европу. Были предприняты огромные усилия странами ЕС для того, чтобы развивающиеся страны приняли условия миграционного менеджмента как часть торговых соглашений и соглашений о помощи, которые являются превентивными мерами для выездов, так же как и обязательства по принятию обратно нелегальных мигрантов.

В плане инвестирования, ЕС принял решение о том, чтобы европейские компании соревновались в глобальном рынке за отечественную безопасность, которая быстро расширяется на рынке объемом в миллиарды евро. Так, Европейская Комиссия предоставляет субсидии компаниям, особенно IT и компаниям по вооружению, наравне с некоторыми специалистами и академиками, для проведения исследований в технологиях, которые, предполагается, сделают нас защищеннее. Большинство этих исследований имеют своей основой системы наблюдения и включают компании, вовлеченные в сделки по вооружению, которые вылились в результате в злоупотребление правами человека.

Я сделал обзор всех этих проектов исследований по безопасности для доклада в прошлом году, NeoConOpticon: the EU Security-industrial Complex (НеоКонОптикон: Комплекс промышленной безопасности Евросоюза), и одним из самых тревожных был проект, фундировавший исследование на боевых роботах и пограничном контроле. Предполагается, что невооруженные роботы должны были бы быть отправлены для задержания людей, нелегально пересекающих границы. Польские и израильские компании, получившие финансирование, действительно, производят роботов и беспилотные самолеты. Большая часть финансирования исследований по безопасности ЕС являются субсидиями со стороны компаний по вооружению для поставки своих продуктов на «прилавки» ЕС.

Каковы последствия новых подходов к безопасности?

Простейший способ описания подхода ЕС и США в целом состоит в том, что безопасность начинает затмевать нормы права. Полицейский контроль ранее использовался как ответ на криминальные действия; теперь он полностью состоит в упреждении – поддержании безопасности и предотвращении преступлений, что делает его досягаемость безграничной. Под маской предотвращения терроризма, государства имели возможность вести всеобъемлющий контроль с крайне малым принятием во внимание прав человека. Это создало большие проблемы для граждан, высокочувствительных к защите гражданских свобод или предотвращению криминализации общественных движений.

Огромное расширение диапазона целевой группы для уничтожения при использовании беспилотных самолетов, которые также представляют собой большую область европейских исследований, является примером полного игнорирования норм права. Выдача преступников, пытки и использование секретных тюрем, которые продолжают существовать, несмотря на приход Обамы, означают то же самое. США и Великобритания в настоящий момент – единственные страны, которые используют беспилотные самолеты, но что произойдет, когда другие государства с меньшими сдержками и противовесами начнут использовать такой же метод для целевой бомбардировки своих «врагов»?

Какое место занимает проблема изменения климата в стратегии безопасности Евросоюза?

Изменение климата является ненамного более новой проблемой. В 2008 г. ЕС представил стратегию «Климатические изменения и Международная Безопасность», которая идентифицировала климатическое изменение как такой множитель угроз, который будет усиливать существующие напряженности, и может привести к политическим рискам безопасности, угрожающим европейским интересам напрямую. Эта стратегия также указывает на статистику, которая предполагает в результате создание «климатическими» беженцами огромной миграции. Стратегия тормозит на месте, где нужно указать, что необходимо предпринять на этот счет, но, скорее всего, это будет продолжение нынешней программы по предотвращению выезда беженцев и установление пограничного контроля на других территориях южных стран.

На чем должна быть сфокусирована европейская политика безопасности?

Чего европейской политике безопасности недостает, так это фокусировки на миротворчестве или стратегиях разрешения конфликтов. Ничего не сделано, например, для повышения эффективности разрешения конфликтов на Ближнем Востоке. ЕС мог бы осуществить поддержку – и его бы рассматривали  как противовес глобальной военной силе США – если бы инвестировал в эти области, но он этого не делает. Вместо этого, ЕС следует за США в доктрине жесткой безопасности, которая не обращена к большинству причин угроз.

В отношении миграционных проблем, например, почему так мало сделано по поводу того, что люди мигрируют в первую очередь? Миграция - это логическая часть глобализации. Так что, если мы хотим обратиться к причинам, по которым люди уезжают, и ответить некарательными мерами, мы должны рассмотреть условия, которые вынуждают людей уезжать в первую очередь. Пока ЕС не сменит курс, мы следуем тем же путем, что и Аризона.

Как Азия вписывается в европейскую политику безопасности? Будут ли подняты проблемы безопасности на саммите АСЕМ (Asia-Europe Meeting)?

Я думаю, ЕС прежде всего озабочен экономической кооперацией на саммите АСЕМ, хотя там возможен некоторый диалог по поводу проблем безопасности и обычно предсказуемые заявления о борьбе с терроризмом и организованной преступностью. Я знаю, что ЕС обеспечивает содействие в противостоянии терроризму Индонезии и Филлипинам. Шри-Ланка также была одной из стран-целей ЕС по предотвращению источника миграции.

Кроме этого, европейские транснациональные компании будут надеяться извлечь выгоду из растущих отечественных запросов по безопасности таких стран как Малайзия и Индия. Большинство из соглашений будут двусторонними, как уже было в недавних сделках по вооружению между Великобританией и Индией.

На чем, по Вашему мнению, должны фокусироваться общественные движения во время предстоящего Азиатско-Европейского Народного Форума?

Я считаю очевидным приоритетом то, как сосредоточение на безопасности используется против протестных движений и эта тенденция продолжается. Мы нуждаемся в том, чтобы бросить вызов отечественному комплексу промышленности безопасности – тем, кто нажил богатства и могущество в результате аутсорсинга Войны с Террором, и кто однажды может начать соперничать с военным промышленным комплексом. Они имеют интересы в бесконечной экспансии комплекса промышленной безопасности, который обладает серьезным значением в отношении того, как общество контролируется, а также в отношении протестных  движений. Пока существуют люди в движениях, сосредоточенных и работающих над этим, я не думаю, что безопасность и гражданские свободы на таких форумах, как Европейский Общественный Форум или Мировой Общественный Форум, стоят на первых позициях повесток дня.

Бэн Хэйес

Исследователь Транснационального Института (ТНИ), занимающийся гражданскими свободами, наблюдатель Statewatch.
Бэн Хэйес является исследователем ТНИ, работающим в организации по гражданским свободам Statewatch с 1996, специализирующийся на правосудии ЕС и праве внутренних дел, контролирующей кооперации, пограничном контроле, технологиям наблюдения и политике противостояния терроризму.
Бэн также работает с Европейским Центром Конституционных и Человеческих Прав (ECCHR, Берлин), и работал в качестве консультанта в некоторых международных организациях по правам человека, общественном правосудии и развитии. Имеет степень PhD в Magee College (Дерри/Лондонберри), награжден Университетом Ольстера в 2008м.

Интервьюер: Ник Бакстон
Певевод: Геополитика.Ру

Источник: